Что такое послушание

Что такое послушание? (Видео)

Послушание – выше поста и молитвы – говорят в Церкви. Что это значит? Что такое послушание, и почему о нем так много говорят? Что значит быть в послушании у кого-то? На презентации книги «О чем говорит Христос» протоиерей Алексий Уминский ответил на эти вопросы.

Сегодня послушание воспринимается нами в Церкви как исполнение приказаний, и выполнение циркулярных писем, которые сейчас, к сожалению, основная форма управления Церкви.

Что такое послушание? Степенна 4 гласа на утрене звучит так: «Да будут мне на послушание Божественная твоя ушеса». Церковь говорит о Боге, что Он находится у людей в послушании. И это действительно так. Бог у нас в послушании. Он действительно нас слушает. Он постоянно нас слышит. Он на каждое «Подай, Господи» нам отвечает. Он в послушании у человека.

Мы говорим о послушании в семье. Кто у кого в послушании изначально? Дети у родителей или родители у детей? Рождается ребенок в семье – только он пикнул, только вякнул, мать сразу к нему бежит. Кто у кого в послушании? И если это нормальные родители, то они вслушиваются в своих детей.

Все детство – это послушание родителей детям. Потом дети взрослеют и родители начинают к ним внимательно прислушиваться: а что наши дети? Что у них сейчас на душе? Что на сердце? А что с ними происходит в подростковом возрасте? И вот это слышание другого и называется послушание. Когда родители находятся в послушании у детей, потому дети естественным образом начинают находиться в послушании у родителей.

Так происходит и в духовнической практике. Священник вслушивается в человека, как врач, надевающий фонендоскоп, слушает больного. Врач находится в послушании у больного – он внимательно его слушает. А потом говорит, что больному надо делать. И если больной не дурак, то он уже потом находится в послушании у врача. То же самое в духовнической практике. Прежде чем послушание у духовника выполняется, духовник находится у своего духовного чада в полном послушании. Потому что слышит, слушает, внимает ему, и, когда, наконец, понимает, что происходит, начинает давать свои советы. И тогда происходит уже взаимное послушание.

Из книги прот. Алексия Уминского “Тайна примирения”
Предав себя Господу, да потечет он сим узким путем послушания, и охотно да подклоняется под сие благое иго Христово, несомненно веруя, что оно уготовляет ему великое спасение.
Прп. Ефрем Сирин

Каждый раз молитвенно говоря: » Да будет воля Твоя», – мы просим исполнения воли Божией, но хотим ли мы этого по-настоящему? Воля Божия есть крест. Просим, но готовы ли мы трудиться, чтобы начать ее видеть? Воля Божия есть тайна. Как же ее найти – волю Божию?

Поиски воли Божией не являются какими-то загадочными плутаниями человека среди мистических знаков, которые Господь посылает, а мы должны каким-то образом разгадывать. Такое представление сродни античной мифологии, как гадать о воле Божией по полету птиц или на картах. Если у Бога, действительно, есть воля о каждом из нас, то Он старается, чтобы человек ее понял, почувствовал, воля Божия раскрывается перед нами через нашу совесть, через обстоятельства жизни, через исполнение заповедей, иногда в каких-то особенных случаях через особенных людей – духовно опытных старцев.

Не надо думать, что волю Божию можно лишь у старца узнать. Каждый человек способен и должен жить по воле Божией. Просто для этого нужно иметь внутреннее смирение, искренне к этому стремиться и все время просить о вразумлении. И будьте уверены, – Господь вас обязательно к Своей воле приведет. На этом пути неизбежны ошибки и падения, но если человек хочет жить по воле Божией, то он обязательно будет так жить. А если не хочет, то к какому бы старцу он ни поехал, обязательно будет искать своей воли, чтобы было приятно и удобно, и если старец скажет то, что я хочу услышать, это хороший старец, а если нет, то надо поехать к другому, пока не найдется такой, какого мне хочется. И тогда моя воля будет как бы скреплена печатью – все правильно, – и можно жить абсолютно безответственно.

Познавать волю Божию – это значит внимательно вслушиваться в Бога, прислушиваться к своей совести. Воля Божия таинственна, но не секретна, она все время является перед нами, и только наши собственныя глухота и слепота приводят к тому, что мы ей противимся.

Можно ли излечить глухоту духовную? Можно. Так иногда о ребенке, у которого нет музыкального слуха, говорят: «Ему медведь на ухо наступил». Но родители прикладывают усилия, вынуждают его заниматься сольфеджио, и музыкальный слух развивается. Так же развивается и духовный слух. Происходит это через послушание.

В духовной жизни невероятно важно умение слышать, вслушиваться, быть послушным. Христос был послушлив даже до смерти (Фил.2,8). Не зря говорится, что послушание выше поста и молитвы. Оно приобретает кардинальное значение, если мы просим у Бога: «Да будет воля Твоя…». В этот момент мы становимся в положение готовности к послушанию в принципе, готовности жить прислушиваясь к совету, к обличению, к голосу своей совести. А без этого воля Божия не дается.

О послушании часто бытуют неверные и совершенно нелепые представления. Послушание – это свобода или рабство? Люди, которые хотят, чтобы их слушали, конечно, ответят – свобода, а для многих это совершенно не очевидно. Послушание – это когда я обязан выполнить чье-то поручение. Послушание – это когда мне говорят что-то сделать, а я не хочу. Это хорошо или плохо? Это, наверное, хорошо, но для меня это плохо. Когда человек не хочет жить по послушанию, он все время что-то придумывает, лишь бы исполнить свою волю.

Желание поступать по своей воле лишает человека этой важной добродетели, – способности предать свою глухоту и слепоту в руки Божии. А Бог гордым противится, никогда гордый волю Божию не услышит, никогда волю Божию не исполнит. Он будет слышать только самого себя. А послушание – это когда человек слышит Слово Божее .

Послушание может восприниматься как ограничение свободы, как деспотизм старшего по отношению к младшему, сильного по отношению к слабому или начальника к подчиненному. Но на самом деле, когда человек принимает послушание, он развивает свой духовный слух, пытается услышать Самого Бога – через слова простого человека услышать Бога, обращенного к нему.

Послушание воспитывается в течение всей жизни: сначала через послушание родителям, потому что они в Боге ведут ребенка ко спасению; наставникам; духовному отцу.

Протестанты укоряют нас в том, что мы называем священников отцами. И действительно, Господь сказал, чтобы мы никого не называли ни отцами, ни учителями, ни наставниками, а только Самого Бога, а мы называем. Но на самом деле, в каждом, кто ведет нас к Богу, отражается Отечество Небесное, поэтому мы называем священника отцом. Земное отечество, и учительство, и наставничество, если не отражено в отечестве небесном, лишено силы и благодати.

Отцовство принадлежит только Богу и подается, как величайший дар: родители только тогда настоящие родители, когда они ведут своих детей к Богу, учитель только тогда настоящий учитель, когда учит правде Божией, духовный отец только тогда отец, когда приводит людей не к себе, а ко Христу. Правители, которые не пекутся отечески о своем народе, – это либо тираны и мучители, либо это воры, совершенно отрекшиеся от своего народа. Но в русском народе царя называли отцом. В нашем отечестве остался удивительный пример такого царя – царя-мученика.

Если земной отец не связан с Отцом небесным, у него нет возможности раскрытия полноты любви, его отечество ущербно и, в большей степени биологично, инстинктивно. Господь говорит: и враги человеку домашние его, – потому что плотская любовь пытается удержать человека для себя. Кажется, что Бог отнимает сына у матери, когда, например, он идет в монастырь в стремлении посвятить себя Господу до конца. Но когда отцовство связано с небесным отцовством, оно приражается вечности и безграничности, и становится таким же жертвенным и безграничным, покрывает собой и грехи своих детей и идет на подвиг ради их спасения. Отец земной тогда по-настоящему отец, когда он свое чадо для Христа воспитал, Ему сына вручил.

Христос становится нашим Отцом, когда мы входим в Церковь, в нашу новую, духовную семью, где наши земные связи не порываются, а преображаются. И тогда мы получаем воспитание от Бога через Его любовь: раньше нас мама питала, а теперь Христос вос-питывает, питает, но не молоком, а Своим Телом и Своей Кровью. Мы получаем в школе образование, но Христос тоже дает нам образование. Это самое высшее образование, когда человек раскрывается, как образ Божий. Часто мы называем образование – просвещением. Но разве Христос не просвещает нас светом Своей истины? Когда Его отеческая любовь нас собой наполняет, преображаются все остальные проявления любви, которые не должны уводить от Бога, не должны быть препятствием ко Христу.

Если человек ведет ко спасению, так или иначе возвещает правду Божию, может быть не до конца, не во всем, но тем не менее ведет человека ко Христу, тогда это наполнение небесным отцовством делает его отцом. Если духовник не ведет человека к Богу, то он неизбежно занимает место Бога, вот результат, которым оборачивается ложная религиозная жизнь сект. Существует это и в православии к величайшему сожалению.

Но если священник так умеет руководить своими духовными чадами, чтобы не заслонять собой Христа, то он, прежде всего, сам научается слышать голос Божий и приучает к этому своих духовных чад. Отцовство духовное тоже становится безграничным, сердце священника оказывается способным вместить в себя и горе, и заботу, и несчастье, и болезни, и воздыхания всех людей, которые к нему приходят.

И когда человек готов на послушание, когда он внимательно прислушивается к тому, что говорит ему духовник, то тогда духовный слух его развивается настолько, что он начинает быть способным слышать волю Божию, и исполнять ее, и радоваться ей. Там где есть послушание, там есть начатки смирения. Там, где есть начатки смирения, там Господь открывает Себя.

Тема духовничества настолько сложна, что вряд ли удастся раскрыть здесь ее во всей полноте. Более того, то, что я сейчас буду говорить, может быть вполне субъективным, и не найти какого-то подтверждения во мнениях других священников. Тем не менее, о духовном руководстве имеет смысл говорить: что такое духовничество, что такое отношение духовного отца и духовного чада, на чем оно зиждется и как появляется.

Духовная жизнь начинается с послушания. Что такое послушание?

Врач вставляет в уши фонендоскоп и слушает своего пациента. Нечто подобное происходит и со священником. Он очень глубоко молитвенно вслушивается, постоянно стремясь узнать человека с помощью Божией, познать человека в Боге. Такое «послушание» происходит со стороны священника.

И если он оказывается на это способен, надо чтобы сам человек умел открыться. Когда пациент приходит к врачу, он обнажает свои больные места. И тогда врач его слушает. То же самое в каком-то смысле происходит, когда человек по настоящему приходит за духовным. Он себя как-то умеет открыть, быть очень откровенным и открытым для священника, чтобы тот смог в него очень внимательно глубоко-глубоко вслушаться.

А в ответ на это происходит послушание со стороны пасомого. Он внимательно вслушивается во все слова, которые говорит ему священник, с тем, чтобы потом это исполнить.

В древности очень важное значение имело понятие «слышания». Ученики шли за философом и слушали, что он говорит. Люди шли в синагогу слушали, как читается Тора и объясняется священный текст. Писания читались только в синагогах, они там хранились, а в домам их не хранили. Представьте, как хорошо могли слышать книжники и фарисеи, которые буквально наизусть знали тексты Священного писания. А потом люди слушали апостолов, которые проповедовали Христа, слушали в храме Евангелие. Евангелие тоже не хранилось в домах, только в редких случаях. Люди внимательно вслушивались в каждое евангельское Слово, и это Слово преображало их жизнь.

Сейчас весь человеческий мир переключился на зрелищность и все только через нее воспринимает. А ведь это духовно низкое состояние, когда человек нуждается в зрелищах. Уже в первые века христианства св. Иоанн Златоуст и другие отцы выступают против театров и других зрелищ, называя их языческим порождением. И не только потому, что это языческие или безнравственные представления, но и потому, что это совсем иной способ восприятия мира. Мы привыкли воспринимать любую информацию через зрительные образы, а надо следить, как вы слушаете.

Епископ Афанасий Евтич в своей лекции об исихазме говорит очень важные вещи о слышании: «В Ветхом Завете более важное значение придается чувству слуха. Чувство зрения всегда подчеркивали античные греки: все вокруг прекрасно, везде красота, космос <…> . Вся греческая философия сводится к эстетике…Отец Георгий Флоровский пишет, что это было и в прошлом веке в русской философии, даже у Соловьева. Таков соблазн эстетики, чтобы все вокруг было красиво.

Конечно, это не отрицает значения видения в Священном Писании. Но, например, вот я читаю лекцию и смотрю на вас. Кто более внимателен – тот, кто смотрит на меня? Однако можно смотреть и при этом отсутствовать. Но если человек внимает слухом, он отсутствовать не может. Он более сконцентрирован, когда внимает слухом. И вот святитель Василий сказал: «Внимай себе».»

Когда человек умеет внимать слухом, это рождает послушание. Человек становится очень внимателен к себе и внимает своему духовнику. Ведь в этот момент послушания и рождаются отношения духовного отца и духовного чада.

Внешне послушание воспринимается, как четкое исполнение неких указаний. Но на самом деле смысл послушания гораздо глубже. Внимательное слышание, глубокое проникновение в тебя слова, которое тебя может сделать тебя иным, или может предостеречь тебя от какого-то поступка, или наоборот дать тебе импульс для твоего духовного развития, должно восприниматься со всей сердечной глубиной. Человек себя предоставил, чтобы быть понятым, чтобы быть открытым, чтобы показать, кто он такой, и это дает возможность услышать правдивое слово о себе. Тогда священник говорит уже не просто, как священник, в этот момент появляется элемент старчества, такого старчества, которое было духоносным.

Это зависит от вещей неуловимых. Никто не может на старчество претендовать. Никто не может в себе это воспитать. Никто не может о себе это сказать. Это подается Богом именно в такой момент послушания. И вот это рождает дары, которые даются потом священнику в его духовном окормлении, которые делают человека пасомого и человека пасущего такими близкими, родными, что он действительно воспринимает своих чад духовных, как нечто живое и нераздельное с самим собой.

Как это происходит, в какой момент, как эти отношения развиваются, сказать практически невозможно. Духовнические отношения нельзя определить формально. Невозможно сказать: «Я тебя назначаю своим духовным чадом», или: «Я себе выбрал духовного отца». Отношения складываются долгими годами послушания, постоянного раскрытия себя для послушания.

Знание священником того, кто перед ним стоит, доверие того, кто к нему приходит, собственно и рождают духовничество, сродство душ и взаимное доверие. Потому что, когда человек не может себя доверить, тогда вообще не о чем говорить. Духовная беседа превращается в душевную, в задушевную, психологическую, житейскую и бытовую. Человек думает, что он взял благословение, и теперь жизнь его протекает по воле Божией, но воля Божия бывает тут совершенно не при чем.

Конечно, не все люди равного духовного уровня, исповедующиеся у священника, становятся ему одинаково открыты, доверчивы, или способны его слышать. И священник не до всех людей одинаково способен донести нечто, есть определенные препятствия. Я не знаю, с чем они связаны. Это тайна. Но знаю одно, – если человек хочет духовной жизни, ищет духовной жизни, то он может ее получить только через послушание. Никак иначе она не дается.

Записала Анна Гальперина

— Владыка, вот человек начинает христианскую, церковную жизнь. Насколько важно ему научиться послушанию? И кого он должен слушаться?

— Когда человек приходит в Церковь, он должен приучать себя прежде всего слушаться Бога. Он должен учиться всю жизнь распознавать волю Божию о себе и быть ей послушным. Принимать со смирением все то, что посылает Господь в жизни, глубоко веря, что Бог Сам знает, что нужно для нашего спасения; что не только доброе, хорошее, но и все испытания, искушения, скорби, которые встречаются человеку на его жизненном пути, тоже есть действие Промысла Божия и ведут его ко спасению.

Для того чтобы научиться послушанию Богу, нужно учиться послушанию людям. Ведь и любовь к Богу невозможна без любви к людям, это двуединая заповедь: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя (Лк. 10, 27).

Можно много говорить о послушании, но очевидно одно: если человек не приучился слушать других людей, то и Бога он слушаться не будет.

Послушание в самом общем смысле этого слова воспитывается в семье. Дети должны слушаться старших — это аксиома. С ней сегодня активно борются, но тем не менее это один из краеугольных камней, на которых стоит человеческая цивилизация. Точно так же в школе ученик слушается учителя, на работе подчиненный — начальника и так далее. Если же младшие перестают слушаться старших, исчезает всякий порядок в семье, обществе и государстве. Послушание — очень важная часть человеческой жизни, без которой все скатится в полный хаос.

Если говорить о послушании в христианстве, то для каждого, кто приходит в Церковь, очень важно обрести духовника. Духовник — это священник, которому человек постоянно исповедуется, который знает его душевные склонности и жизненные обстоятельства и с которым можно посоветоваться по духовным и обычным житейским вопросам. Само собой разумеется, что этот священник должен быть опытным и искренним, должен сам вести неукорную жизнь. Тогда он сможет помогать своим духовным чадам в распознавании той самой воли Божией, о которой говорилось в начале.

Несколько иное явление — это послушание в монастырях. По древней традиции, это одно из самых главных монашеских деланий. Послушание в монастыре доходит до полного отсечения послушником своей воли перед старцем, духовником. Здесь надо помнить, что монашество — особый образ жизни и христианского подвига. Монах добровольно приносит себя в жертву Богу, живую и богоугодную, как говорится в чине монашеского пострига. А поскольку это жертва, то она предполагает более высокую степень самоотвержения, чем у мирян. Это касается и добродетели послушания: в монастыре человек учится отсекать свою волю, в том числе и там, где от мирянина этого не требуется. Это делается для того, чтобы воспитать себя соответствующим образом и стяжать дарования, которые свойственны именно монашеству, и дерзать на приобретение которых мирянин не может и не должен.

В сознании верующих людей монашество превознесено на очень большую высоту. Недаром благочестивая пословица говорит, что «Свет мирянам — иноки, а инокам — Ангелы», а само монашество называется «ангельским чином». Конечно же, это накладывает соответствующий отпечаток на всю христианскую жизнь. В результате у нас, в нашем христианском быту, имеет большое распространение и непоколебимый авторитет монашеская аскетическая литература. И действительно, она очень полезна, потому что в своих лучших образцах она достигает такой глубины проникновения в человеческую природу, к которой и близко не подошли даже до сегодняшнего дня научная психология и другие дисциплины, претендующие на знание человека.

Но здесь возникают и проблемы. Иногда люди, читающие аскетическую литературу, — Добротолюбие, Патерики, жизнеописания святых, — начинают пытаться повторить в своей жизни подвиги, описанные в этих книгах. То, что описывается в них, действительно необычайно духоподъемно и вызывает большой энтузиазм, особенно у молодого человека-неофита. Хочется стать таким же, как древние отцы, хочется добиться всего того, о чем пишется… И поэтому бывает, что человек, только что пришедший в Церковь, начинает искать в современной жизни ту же степень мироотречения, послушания, постничества, о которых рассказывается в этих книгах, особенно если он читает их без здравого духовного руководства. И отсюда трагические примеры, когда человек, берясь за ту меру подвига, которая ему просто недоступна в силу его образа жизни, впадает в прелесть, или надрывается, перестает жить духовной жизнью, часто при этом даже уходя из Церкви.

— Мне кажется, чаще происходит наоборот: люди заранее считают, что это все недостижимо. Те примеры послушания, которые мы видим в Патериках, современному человеку бывает очень сложно понять и принять…

— Да, конечно, многие истории из Патерика или «Лествицы» преподобного Иоанна Лествичника непонятны современному человеку. Собственно говоря, они могут восприниматься лишь как примеры того, как люди вырабатывали в себе высшую степень послушания, которая, повторю, недоступна, да, собственно говоря, и не нужна человеку, живущему в миру.

Но надо понимать, что те примеры, о которых говорится в древних книгах, на самом деле были действенными. И доказательство тому — сонм святых преподобных отцов, подвизавшихся в золотой век монашества. Их святость — результат в том числе и полного мироотречения, а оно предполагает и пост в меру, которую сегодня даже трудно себе представить, и послушание, и нестяжание, опять же настолько полное, насколько это вообще возможно для живого человека.

Поэтому я думаю, что понять и принять это несложно, если только не пытаться примерить каждый раз на себя: «Раз я этого не могу, значит, это невозможно». Это тоже очень распространенная особенность психики: человек примеряет к себе некое явление, не может его понести и тогда начинает его отрицать и осуждать. Далеко не всё, что не годится для нас с вами, не годится в принципе, — это надо помнить.

— Правильно ли относиться к послушанию как к потере личной свободы, отказу от собственного мнения?

— В какой-то мере это верно в монастыре. И то, скорее, это не потеря личной свободы, а ее добровольное отложение. Хотя все равно и здесь должны быть некоторые ограничения. Послушание заканчивается, если тот, кому оно оказывается, начинает требовать от послушника того, что против слова Божиего и евангельской нравственности.

Классический вариант монастырского послушания сегодня может быть реализован только в очень благоустроенном монастыре с духовно опытным наставником. Тогда послушание действительно может принести пользу. Однако недаром все святые отцы и наставники монашества называют следующей главной добродетелью рассудительность.

А для живущего в миру человека степень его послушания духовнику зависит от многих факторов, и прежде всего от уровня доверия и от того, насколько духовник опытен.

Но ни в коем случае в христианстве человек не может быть превращен в механизм, полностью подчиненный чужой воле. Такого быть не должно. Послушание совершается свободно, разумно и с рассуждением.

— Наверное, самое правильное послушание — по любви?

— Самое правильное — это послушание людям, которые для тебя являются авторитетными, на которых ты хочешь быть похожим, чей духовный опыт для тебя — безукоризненный и бесспорный. Конечно, хорошо, когда при этом есть добрые чувства, но прежде всего духовные.

— Какие качества в человеке противоположны послушанию, не дают ему развиться?

— Прежде всего гордыня, страсть к самочинию — это очень характерно для сегодняшнего времени, причем, к сожалению, и для людей церковных. Постоянно приходится с этим сталкиваться. Объясняешь что-то человеку и видишь, он понимает — да, так будет правильно. Но он пойдет и обязательно сделает по-другому, по-своему… Спрашиваешь: «Почему?». Молчит. Просто хочется обязательно сделать по-своему, другой причины нет. Порой это доходит даже до какого-то безумия, не побоюсь этого слова. Думаю, что подобное приходится видеть не только священникам, но и многим родителям в своих детях. Эта страсть к самочинию, конечно, признак очень незрелой души, независимо от возраста. Преодолевается она, как и другие страсти, только вниманием к своей внутренней жизни.

— Давайте попытаемся разобраться, каким бывает неправильное послушание. Несколько лет назад произошел нашумевший случай (о нем писали в епархиальной газете и т. д.): достаточно молодой человек, отец троих малолетних детей, по совету священника оставил семью и отправился «на послушание» в монастырь. Формально он проявил послушание своему духовнику и даже евангельским словам: И всякий, кто оставит домы, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли, ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную (Мф. 19, 29). Что тут не так?

— К сожалению, это тоже особенность нашего времени. Есть священники, совершенно равнодушные к духовной жизни, не знающие и не желающие ничего о ней знать и не способные окормлять тех, кто к ней стремится. А есть священники, головы которых забиты какими-то неофитскими представлениями. И эту неофитскую горячность они проявляют не в собственной жизни, а учат ей других. Священник, который «благословил» человека бросить троих малолетних детей, на мой взгляд, заслуживает просто извержения из сана.

Что касается евангельских слов (часто еще приводят слова о «ненависти» к ближним из Евангелия от Луки: если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником (Лк. 14, 26)), то не надо воспринимать их как призыв ко всем семейным людям бросить мать, отца, жену, детей… Здесь говорится о том, что нельзя ставить естественные родственные отношения выше любви к Богу. На первом месте в жизни человека должен быть Бог и исполнение Его заповедей. А среди заповедей Божиих — и почитание отца и матери, и любовь к ближним, естественно, и забота о них.

Этот случай — как раз классический пример, как человек не хочет терпеть своего креста. Я часто сталкивался с этим как духовник, да и сейчас ко мне обращаются с подобными вопросами. Приходит какая-нибудь раба Божия, у нее, как это часто бывает, не очень хорошо в семье, и просит: «Благословите пойти в монастырь. Я так хочу в монастырь, так хочу!» — «У тебя муж, дети есть?» — «Есть». — «Какой же тебе монастырь?» — «Это все не то, все неправильно и не так…» И у мужчин бывает точно так же — хотят в монастырь, жену и детей готовы оставить: «Ничего, Бог им поможет…» Это, конечно, совершенно нехристианское отношение к жизни. Так делать нельзя, это противоположно всем Божиим и человеческим установлениям. У такого человека в монастыре точно так же ничего не получится, как не получилось в семье. Тот, кто нетверд на своих путях в чем-то одном, будет таким же нетвердым и в другом.

Да, бывают примеры, их знает и история Церкви, и современная жизнь, когда люди, прожив жизнь в браке, поставив на ноги детей, потом шли в монастырь. Так поступили родители преподобного Сергия, множество людей в Древней Руси, начиная от великих князей и кончая простыми крестьянами. Так и сегодня некоторые делают — я лично знаю таких людей. И вот в этом нет ничего плохого, можно только приветствовать желание человека оставшееся время своей жизни посвятить служению Богу. И такие люди часто становятся очень хорошими монахами.

Но совершенно неправильно идти в монастырь, не закончив чего-то, уже начатого, что Бог благословил. Потому что и семейная жизнь, и рождение детей — это благословение Божие. Тут ведь парадокс возникает: идти против воли Божией для того, чтобы творить свою собственную волю. Если с этого начинать, какое может быть монашество?

Поэтому послушание бывает неправильным чаще всего тогда, когда неофитом руководит священник, который привык неофитство в людях поддерживать. На самом деле, это очень большая беда. Это говорит не просто о неопытности духовника, а об очень тяжелом искажении его собственной духовной жизни, о том, что ему нравится властвовать над душами людей. А для того, чтобы властвовать над человеком, надо в нем поддерживать и всячески распалять его неофитский жар… На самом деле задача духовника совершенно другая — помочь человеку тот яркий пламень, который горит в его душе во время прихода в Церковь, преобразовать в ровное, тихое горение, которого хватило бы на многие годы и десятилетия. Не погасить этот пламень, как тоже бывает: «Да все это чепуха, глупости, живи проще… подумаешь, мясо в пост… все нормально…». Можно ведь просто угасить в человеке все добрые порывы. Наоборот, опытный, правильный духовник будет стараться сделать так, чтобы добрая первоначальная ревность без крайностей сохранилась в пришедшем на возможно долгое время.

— Что делать человеку, которому некого слушаться? Допустим, он старший в семье или занимает ответственный пост. Ведь это отражается даже на характере… Или просто человек одинок и не имеет духовника?

— Да, это очень тяжело. Если этот человек христианин, прежде всего надо искать себе духовника и слушаться его, несмотря на ответственный пост или на главенство в семье. Еще раз скажу о правильном и неправильном послушании. Правильное, неискаженное послушание вовсе не превращает человека в неполноценное создание, которое уже не имеет своей воли и боится всякой ответственности. Если же послушание неправильное, человек боится и шагу ступить: «А можно это? А можно то?». Это означает, что духовник не смог выстроить ровные и духовно трезвые отношения между собой и тем, кто у него исповедуется. Поэтому в идеале навык послушания ничуть не препятствует человеку иметь чувство ответственности за порученное дело, не противоречит умению самому принимать решения и отвечать за них.

Что касается людей одиноких — конечно, церковная, полноценная приходская жизнь как ничто другое может им помочь в преодолении своего одиночества. Но таким людям надо опасаться излишней привязанности к духовнику. Это очень большая проблема, если учесть, как много сегодня одиноких людей. А современный мир таков, что со временем их будет все больше и больше.

— Такое современное явление, как «поиски старцев», всегда ли связано с желанием послушания?

— Поиски старцев чаще всего основаны на неправильном, недолжном отношении и к жизни, и к роли старца. И связаны они, скорее, не с послушанием, а с желанием с легкостью избавиться от проблем. Представьте, что человек жил без Бога и на протяжении многих лет своей жизни делал все не так, как должно, а совершенно наоборот, и в результате пришел к разбитому корыту. И потом он начинает искать того, кто чудесным образом избавит его от всех бед и скорбей. Так не бывает, поэтому люди ездят из одного места в другое: тут и старцы, и старицы, и источники, и всякого рода бабки-экстрасенсы. А нужно только одно: найти священника, который поможет человеку начать внимательную духовную жизнь, приведет ко Христу. И чаще всего такой священник находится совсем рядом.

Журнал «Православие и современность» № 36 (54)